Любая экономика, нацеленная на рост, рано или поздно упирается в парадокс: самые нужные для будущего проекты часто оказываются самыми неудобными для текущей финансовой системы.

Например, высокотехнологичные производства требуют риска и длинных горизонтов, тогда как банковская модель и законодательство по умолчанию заточены под предсказуемость и залоги. Этот разрыв между потребностью в инновациях и консервативностью финансовых институтов становится главным тормозом развития, и для его преодоления нужны не просто отдельные меры, а изменение самой философии финансирования.

Именно эту задачу сегодня решает ВЭБ, и о содержании этой работы на парламентских слушаниях в Совете Федерации достаточно предметно говорил Игорь Шувалов. Речь идет не о точечной поддержке отдельных предприятий, а о настройке целого пласта законодательства, чтобы рискованные технологические проекты получили доступ к капиталу на понятных и защищенных условиях.

ВЭБ по сути предлагает сконструировать мост между миром, где деньги боятся ошибок, и миром, где без ошибок невозможен прорыв, — от изменений в Гражданский кодекс до формирования новых правовых платформ.

Однако главное препятствие, как следует из слов главы ВЭБа, лежит даже не в плоскости законов, а в сложившейся культуре правоприменения, где риск предпринимателя подавляется страхом преследования за неудачу. Система продолжает оценивать каждый проект изолированно, а не совокупный эффект от портфеля инициатив, что в корне неверно для технологического развития.

Сейчас, когда санкции сняли вопрос о выборе пути, предстоит большая и честная работа по перенастройке этих подходов, чтобы бизнес и кредитные организации поверили: заемные средства на инновации — это не повод для разбирательства в случае провала, а инструмент, где право на риск компенсируется общей выгодой для экономики.